Малоизвестные факты из жизни Льва Николаевича Толстого

 

Все мы с вами знаем Льва Николаевича Толстого как выдающегося русского писателя. Сейчас уже известно о многих фактах и образе жизни писателя, но я постараюсь рассказать о малоизвестных историях из жизни Льва Николаевича и возможно вы найдёте что-нибудь интересное для себя.

1. Граф Толстой прожил 82 года. В 34 года он женился на 18 летней Софье Андреевне Берс. Впоследствии у них родилось 13 детей, 5 из которых умерли в детстве. Незадолго до свадьбы Лев Николаевич дал прочитать своей будущей супруге свои дневники, в которых он описывал свои многочисленные любовные похождения.

Со слов Софьи Андреевны, она на всю жизнь запомнила их содержание.

 

 

Несмотря на то, что первое время Толстые жили в любви и гармонии, современники так передают слова Льва Николаевича о браке:

"Представьте, что человек идёт один, ему привязали за плечи пять пудов, а он радуется. Что тут говорить, что если я иду один, то мне свободно, а если мою ногу свяжут с ногою бабы, то она будет тащиться за мною и мешать мне".

2. У Льва Николаевича был очень плохой почерк. Поэтому Софье Андреевне приходилось переписывать все его рукописи, чтобы редакция их приняла. Так же его супруге, всю их совместную жизнь, приходилось переписывать и дневник который вёл писатель. Но незадолго до смерти Лев Николаевич завёл в тайне от жены второй дневник, в который начал заносить уже какие то личные наблюдения. Сколько не старалась, но так супруга и не смогла отыскать этот личный дневник.

3. Свой самый знаменитый роман - "Война и Мир" Лев Николаевич писал на протяжении 6 лет. В процессе он его 8 раз переписал полностью, а некоторые фрагменты переписывал до 25 раз. По видимому за это время роман так надоел писателю, что он называл его "многословной дребеденью". А в письме к А.Фету даже написал: "Я счастлив, что больше никогда не стану писать многословной дребедени вроде "Войны".

4. Толстой был очень азартным человеком. Известен даже такой факт, что он однажды проиграл своему соседу в карты одну из пристроек своей усадьбы "Ясная Поляна". Победитель, долго не думая, разобрал пристройку до основания и вывез. Сколько потом Лев Николаевич не уговаривал соседа продать пристройку назад, ничего из этого у него не получилось.

 

 

 

5. Лев Николаевич не любил творчество А.С. Пушкина. И называл его - киргизом. Но кстати, терпеть Лев Николаевич не мог и Шекспира. И уже Антон Павлович Чехов рассказывал про Толстого такой факт: "Знаете, почему Лев Николаевич нас, мелких писателей хвалит, а Шекспира ругает? Потому, что мы для него дети, а Шекспир равен ему по величине гения, поэтому и раздражает".

Так же и у Ивана Сергеевича Тургенева с Львом Николаевичем возникла ссора, которая чуть не довела их до дуэли. В прочем, как писали современники, инициатором той ссоры был Тургенев.

Источник ➝

Если бы он меня понял, то спас бы: Жорж Санд и Проспер Мериме

Если бы он меня понял, то спас бы: Жорж Санд и Проспер Мериме

Жорж Санд  независимая, умная, безгранично свободная, поражающая мрачным блеском своих глаз писательница притягивала внимание мужчин, хотя сама говорила про себя, что в юности обещала стать красавицей, но обещания не сдержала.

Проспер Мериме добивался ее благосклонности несколько месяцев. Ему казалось, что это будет красиво: он  великий французский писатель, она  великая французская писательница с довольно скандальной репутацией, с которой дружат оба Дюма, Бальзак, Густав Флобер.

В тот год Жорж Санд часто ходила в мужском костюме.

Эту привычку она взяла еще в юности, когда, уехав с маленькой дочкой в Париж от мужа-жлоба, экономила на туалетах, сама стирала и готовила и только начинала заниматься литературой. Стесненные финансовые обстоятельства не мешали выглядеть ей невероятно круто: мужской костюм, длинное серое пальто, которое было тогда на пике моды, круглая шляпа… Париж ее заметил. И даже на пике славы она часто носила мужской костюм.

Сильный и сильная

… Ей тоже казалось, что у них может что-нибудь получится. Честно говоря, Жорж начала уставать от слабеньких, капризных мужчин, которые искали в ней больше няньку, чем возлюбленную. Мериме казался сильным, и он был достаточно умным: ей казалось, что он сможет ее понять и стать ей другом. Она откровенно говорила с ним обо всем, что ее волновало: о том, как сложно женщине оставаться собой и постоянно сопротивляться прессингу общества, о литературе, о дочери. Это был долгий, изящный и откровенный монолог. Проспер Мериме выслушал ее и громко рассмеялся. Честно говоря, он видел, что Жорж Санд ждет от него понимания и поддержки, но считал, что должен соответствовать своей репутации холодного циника. Я могу дружить с женщиной, сказал он, но только при одном условии, вы меня понимаете? А все остальное  литература. Это было обидное разочарование, но Жорж Санд уже привыкла, что многого от мужчин ждать не стоит. Она усмехнулась и сказала:

 
— Хорошо, я согласна; пусть будет так, как вы хотите, раз это вам доставляет удовольствие. Что же касается меня, то предупреждаю вас: я абсолютно уверена, что не получу никакого.

Слабый и слабая

В ее квартиру они поднялись  оба — в плохом настроении. Ужинали молча, избегали смотреть друг другу в глаза. Жорж Санд хотела выглядеть раскованно и чуть ли не на глазах Мериме переоделась в халат. Презрительно указала ему на кровать. Мериме быстро, по солдатски разделся. И — это было ужасно. Мериме ожидал, что окажется в постели с раскованной, пусть и надменной женщиной, а она была застенчивой и робкой. Они не могли быть нежными из-за своих масок, и не знали, что делать. Мериме, глубоко уязвленный тем, что женщина видела его растерянным и ранимым, сказал что-то злое про то, что она начисто лишена стыдливости, и ушел.

Парижские сплетни

Конечно, ей было плохо, но она решила, что сможет это пережить. Утром Жорж Санд зашла на кофе к своей подруге, любовнице Александра Дюма, актрисе Мари Дюваль и рассказала эту историю. Мари пересказала ее Дюма, немного приукрасив. Ну а уж тот, знаменитый болтун, растрепал всем Парижу:

«Вчера у Жорж Санд был Проспер Мериме. Как мужчина — немного стоит».

Больше они не общались. У Жорж Санд начался роман с очередным «мальчуганом», который пытался к ней усыновиться. Она жалела, что с Мериме все вышло вот так:

«Если бы Проспер Мериме меня понял, может быть, он полюбил бы меня; если бы он полюбил, он меня бы подчинил себе; а если бы я смогла подчиниться мужчине, я была бы спасена, ибо свобода гложет и убивает меня».

Популярное в

))}
Loading...
наверх