20 книг о сильных женщинах, которые вам обязательно стоит прочесть

В этих книгах вы найдёте подлинные примеры мужества и стойкости.

1. «Не бойся действовать», Шерил Сэндберг

 

«Не бойся действовать», Шерил Сэндберг

 

Женщина может и имеет право реализовывать себя в любой сфере, и при этом не обязана жертвовать семьёй. В этом убеждена операционный директор Facebook Шерил Сэндберг.

В своей книге она открыто рассказывает о том, с какими препятствиями приходится сталкиваться многим женщинам на пути к успеху в бизнесе. Неудивительно, что сразу после выхода бестселлер стал манифестом миллионов женщин по всему миру.

 

2. «Шаг вперёд. История девушки, которая, потеряв ноги, научилась танцевать», Эми Пурди

«Шаг вперёд. История девушки, которая, потеряв ноги, научилась танцевать», Эми Пурди

Это история, которая потрясла весь мир. Эми Пурди стала актрисой, танцовщицей и сноубордисткой после того, как потеряла обе ноги в результате тяжёлой болезни. Она преодолела боль, страдания и другие препятствия и сегодня мотивирует миллионы людей поверить в свои силы.

 
 

3. «Клуб бездомных мечтателей», Лиз Мюррей

«Клуб бездомных мечтателей», Лиз Мюррей

От жизни на улице до учёбы в Гарвардском университете — популярный спикер Лиз Мюррей своими руками построила успешную жизнь. Она выросла в семье наркоманов: тюбик зубной пасты на обед — такими бывали её дни. Невзгоды не сломили девушку, а вера в свои силы и будущее помогли окончить престижный университет.

 

4. «Коко Шанель. Жизнь, рассказанная ею самой», Коко Шанель

«Коко Шанель. Жизнь, рассказанная ею самой», Коко Шанель

Великая Мадемуазель сотворила себя сама и убедила женщин, что они свободны быть такими, какими им хочется быть на самом деле. Смелость в самовыражении, решимость в действиях и умение идти наперекор общественному мнению превратили Коко Шанель в икону моды и символ времени. А эта исповедь прольёт свет на некоторые страницы её биографии.

 

5. «Я — Малала. Девочка, которая боролась за право на образование и была ранена талибами», Малала Юсуфзай

«Я - Малала. Девочка, которая боролась за право на образование и была ранена талибами», Малала Юсуфзай

Малала Юсуфзай, школьница из Пакистана, осмелилась рассказать миру правду о жизни при режиме талибов. Она чудом выжила после покушения террористов, но нашла в себе силы продолжить борьбу за право женщин на образование во всём мире. Малала получила Нобелевскую премию мира и стала примером современного героизма.

 

6. «Жаклин Кеннеди. Американская королева», Сара Бредфорд

«Жаклин Кеннеди. Американская королева», Сара Бредфорд

Утончённая Жаклин, супруга американского президента Джона Кеннеди, стала символом эпохи и образцом красоты, стиля, выдержки, изящества. На её долю выпало немало горя, однако женщина сумела преодолеть трудности, сохранив при этом достоинство, силу характера и тёплое отношение к людям. А автору книги удалось показать все грани личности легендарной Джеки.

 

7. «Вся моя жизнь», Джейн Фонда

«Вся моя жизнь», Джейн Фонда

Для многих поколений имя и образ Джейн Фонды, актрисы, общественного деятеля и филантропа, стали символом открытого выражения своих желаний, стремлений и чувств. В книге воспоминаний Джейн смело и свободно рассказывает о собственной жизни, в которой нашлось место и большому успеху, и множеству неудач.

 

8. «Храброе сердце Ирены Сендлер», Джек Майер

«Храброе сердце Ирены Сендлер», Джек Майер

Это невероятная история: три американские школьницы случайно находят документ времён Второй мировой войны. Из него становится известно о подвиге социального работника Ирены Сендлер, спасшей в оккупированной фашистами Варшаве более двух тысяч еврейских детей. Мужество главной героини навсегда останется в памяти потомков.

 

9. «Астрид Линдгрен. Этот день и есть жизнь», Йенс Андерсен

«Астрид Линдгрен. Этот день и есть жизнь», Йенс Андерсен

Биография великой сказочницы Астрид Линдгрен раскроет грани характера женщины, не испугавшейся пойти наперекор общественному мнению, чтобы жить своей жизнью.

Бунтарка, благотворительница, мудрая женщина — Астрид была разной, и в этом её сила. А благодаря письмам, фотографиям и отрывкам из дневников перед глазами читателя буквально оживают образ писательницы и её сложный путь.

 

10. «Великая. История „железной“ Маргарет», Маргарет Тэтчер

«Великая. История „железной“ Маргарет», Маргарет Тэтчер

Маргарет Тэтчер вошла в мировую историю благодаря настойчивости и непреклонному следованию своим убеждениям. В этой книге женщина делится с читателями подробностями жизни, откровенно говоря о себе, семье, политике и Великобритании.

Этот рассказ поможет разобраться в мотивах поступков премьер-министра и понять, что повлияло на формирование того самого «железного» характера.

 

 

11. «Диана. Обречённая принцесса», Дмитрий Медведев

«Диана. Обречённая принцесса», Дмитрий Медведев

Кумир миллионов, икона стиля, красоты и доброты, принцесса Диана стала подлинной королевой людских сердец. Несмотря на высокое положение, она мечтала о том же, что и тысячи женщин, с трепетом наблюдавших за её жизнью по другую сторону телеэкранов. История, рассказанная известным российским публицистом, оставит след в сердце читателей.

 

12. «Эдит Пиаф», Альбер Бенсуссан

«Эдит Пиаф», Альбер Бенсуссан

Перед читателями книги предстанет не просто известная певица, чьи песни исполняются по сей день. Они увидят смелую женщину, щедро дарившую свою душу поклонникам. Эдит Пиаф прожила короткую, но яркую жизнь, в которой, впрочем, было слишком мало светлых тонов. Однако исключительное мужество позволило ей сказать: «Нет, я ни о чём не жалею».

 

13. «Время колоть лёд», Чулпан Хаматова, Катерина Гордеева

«Время колоть лёд», Чулпан Хаматова, Катерина Гордеева

Кинодокументалист Катерина Гордеева и актриса Чулпан Хаматова рассказывают непростую историю создания благотворительного фонда «Подари жизнь». Женщинам не понаслышке знакомы отчаяние, ведь к людским сердцам почти всегда приходится пробиваться сквозь толстый слой льда равнодушия. Впечатление от книги дополнят редкие фотографии из личного архива авторов.

 

14. «Замок из стекла», Джаннетт Уоллс

«Замок из стекла», Джаннетт Уоллс

Шок — это первая реакция на смелую исповедь автора, чьё детство прошло в самых тяжёлых условиях рядом с не совсем обычными родителями. Однако Джаннетт удалось не только достичь успеха, но и избавиться от чувства стыда по отношению к бездомным (по их собственному выбору) родителям. Книга демонстрирует величайший пример любви и веры в свои силы.

 

15. «Ученица. Предать, чтобы обрести себя», Тара Вестовер

«Ученица. Предать, чтобы обрести себя», Тара Вестовер

История Тары Вестовер, доктора Кембриджского университета, началась с непростого детства. Отец запрещал ей ходить в школу и настраивал против окружающего мира и сложившегося в нём порядка. Ей пришлось сбежать и предать свою семью, чтобы получить образование и обрести личную свободу.

 

16. «Девушка с тату пониже спины», Эми Шумер

«Девушка с тату пониже спины», Эми Шумер

Книга звезды в мире женской стендап-комедии вошла в список самых ожидаемых произведений 2018 года по версии журнала GQ. Эми Шумер честно рассказывает в ней о том, как нашла в себе смелость и дерзость стать самой собой.

Для неё нет запретных тем, поскольку Эми давно избавилась от страха обнажать душу перед окружающими. Книга станет вдохновением для тех, кто до сих пор не решался поверить в свои возможности.

 

17. «Элизабет Тейлор», Бертран Мейер-Стабли

«Элизабет Тейлор», Бертран Мейер-Стабли

Великая жажда жизни во всех её проявлениях — главная черта характера легендарной актрисы и одной из самых красивых женщин планеты. Однако своим успехом Лиз Тейлор обязана не только внешности, но и внутренней силе.

И уже с первых страниц книги становится понятно, почему Элизабет оставила в мировом кинематографе настолько яркий след.

 

18. «Одри Хепбёрн. Жизнь, рассказанная ею самой. Признания в любви», Одри Хепбёрн

«Одри Хепбёрн. Жизнь, рассказанная ею самой. Признания в любви», Одри Хепбёрн

Эту книгу актриса начала писать после того, как врачи поставили ей страшный диагноз. Однако в повествовании нет ни капли сожаления и ни слова о жестокости судьбы. Это признание в любви всем тем, кто был с Одри Хепбёрн рядом и поддерживал её на протяжении всей жизни.

 

19. «Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой», Изабелла Аллен-Фельдман

«Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой», Изабелла Аллен-Фельдман

Жизнь королевы сарказма была полна невзгод, преодолевать которые Фаине Раневской помогали острый ум и критическое отношение к жизни. И лишь наедине со своей родной сестрой, Изабеллой Аллен-Фельдман, женщина могла снять маску клоуна и быть самой собой.

Поэтому в книге перед читателями знаменитая актриса предстанет в необычном амплуа — в домашних тапочках и халате.

 

20. «Моя неделя с Мэрилин», Колин Кларк

«Моя неделя с Мэрилин», Колин Кларк

Потрясающе красивая и невыразимо хрупкая, слабая до беспомощности и сильная до умопомрачения — такой увидел Мэрилин Монро помощник режиссёра Колин Кларк на съёмках фильма «Принц и танцовщица».

Семь дней, проведённые рядом с актрисой, изменили представление автора книги о женщине, ставшей секс-символом эпохи. И его дневники покажут читателям другую Мэрилин, чья жизнь была далека от сказочной.

Источник ➝

Страшные истории в русской литературе

Рассказы о встречах человека с нечистой силой — один из самых древних и живучих фольклорных жанров. В народе такие истории именовались былинками, а ученые делили их на былички и бывальщины. В быличках герои рассказывали о личных «приключениях», а бывальщины передавали те, кто при событиях не присутствовал. Писатели XIX века часто вплетали в сюжеты своих произведений старинные «страшилки». Предания о русалках и мертвых женихах, встречах с лешим и чертом — вспоминаем, кто из отечественных классиков особенно любил этот фольклорный жанр.

Василий Жуковский. «Светлана»

Василий Жуковский нередко выбирал для своих произведений исторические и фольклорные темы. Это роднило его литературные баллады с балладами народными — жанром, близким исторической песне. Одно из своих самых известных произведений в этом жанре, «Людмила», Жуковский написал на основе немецкого текста. Это была «Ленора» — «Подражание Биргеровой Леоноре» — немецкого поэта Готфрида Августа Бюргера. А он, в свою очередь, опирался на популярный фольклорный сюжет о том, как погибший жених забрал в могилу невесту. Вторая известная баллада Жуковского, «Светлана», имела выраженный русский колорит:

Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали:
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали;
Снег пололи; под окном
Слушали; кормили
Счетным курицу зерном;
Ярый воск топили…
<…>
Подпершися локотком,
Чуть Светлана дышит...
Вот... легохонько замком
Кто-то стукнул, слышит;
Робко в зеркало глядит:
За ее плечами
Кто-то, чудилось, блестит
Яркими глазами...

Во время крещенского гадания главной героине явился жених, «бледен и унылый», который увез девушку якобы на венчание. А на самом деле тоже оказался мертвецом. Однако, в отличие от Леноры и Людмилы, Светлана осталась жива: страшная история оказалась ночным кошмаром.

Орест Сомов. «Киевские ведьмы»

Орест Сомов включал в свои тексты былички и бывальщины в их исконном виде. С помощью деталей русского и украинского фольклора писатель старался отразить подлинные картины народной жизни. Его повесть «Русалка» вышла с подзаголовком «Малороссийское предание», а «Кикимора» — как «Рассказ русского крестьянина на большой дороге». В сказке «Оборотень» автор «вывел напоказ небывалого русского оборотня» — простодушного сына колдуна, который по примеру отца обратился в волка, не ведая, что с этим делать и как стать снова человеком.

Герой повести «Киевские ведьмы» — казак Федор Блискавка — женился на красавице Катрусе, которая оказалась колдуньей. Блискавка проследил за женой и стал свидетелем шабаша на Лысой горе:

Невдалеке от себя увидел он и тещу свою, Ланцюжиху, с одним заднепровским пасечником, о котором всегда шла недобрая молва, и старую Одарку Швойду, торговавшую бубликами на Подольском базаре, с девяностолетним крамарем Артюхом Холозием, которого все почитали чуть не за святого: так этот окаянный ханжа умел прикидываться набожным и смиренником. <…> И мало ли кого там видел Федор Блискавка из своих знакомых, даже таких людей, о которых прежде бы никак не поверил, что они служат нечистому, хоть бы отец родной уверял его в том под присягой. Вся эта шайка пожилых ведьм и колдунов пускалась в плясовую так задорно, что пыль вилась столбом и что самым завзятым казакам и самым лихим молодицам было бы на зависть.

Вся история наполнена магическими деталями: Сомов описал страшные ингредиенты для «летательной» мази, которой молодая жена натиралась перед шабашем, дикую музыку на Лысой горе, гибель главного героя и казнь самой Катруси — ведьмы не пощадили ее за то, что она раскрыла тайну своему мужу.

Александр Бестужев-Марлинский. «Страшное гадание»

Александр Бестужев-Марлинский был известным беллетристом XIX века. Иван Тургенев писал в 1869 году: «Пушкин был еще жив, но правду говоря, не на Пушкине сосредотачивалось внимание тогдашней публики. Марлинский все еще слыл любимейшим писателем». Бестужев-Марлинский не стремился к правдивому описанию народной жизни, зато его повести и романы отличались закрученными сюжетами и эффектными подробностями. Герой рассказа «Страшное гадание», офицер, отправился в метель на званый вечер. Он заблудился и попал в деревню на святочные посиделки.

— Мы будем гадать страшным гаданьем, — сказал мне на ухо парень, — закляв нечистого на воловьей коже. Меня уж раз носил он на ней по воздуху, и что видел я там, что слышал, — примолвил он, бледнея, — того... Да ты сам, барин, попытаешь все.

Я вспомнил, что в примечаниях к «Красавице озера» («Lady of the lake») Вальтер Скотт приводит письмо одного шотландского офицера, который гадал точно таким образом, и говорит с ужасом, что человеческий язык не может выразить тех страхов, которыми он был обуян. Мне любопытно стало узнать, так ли же выполняются у нас обряды этого гаданья, остатка язычества на разных концах Европы.

Во время страшного ритуала главному герою явился незнакомец — то ли человек, то ли нечистая сила. События развивались стремительно: поступки, на которые у героев раньше не хватало мужества, убийства, преследование и снова роковая встреча. Как и во многих традиционных «страшилках», в конце герой понял, что все это было просто страшным сном.

Николай Гоголь. «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Вий»

Николай Гоголь был настоящим знатоком страшных историй. Его первая большая книга «Вечера на хуторе близ Диканьки» поразила современников. Пушкин писал о ней: «Вот настоящая веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности». Из восьми повестей сборника семь представляют собой по форме бывальщины, которые пересказывает пасечник Рудый Панько. Перед читателями оживают русалки, колдуны и черти, описанные не со страхом и трепетом — что было бы обычно для фольклора, — но с юмором, а иногда и поэтически возвышенно.

Левко посмотрел на берег: в тонком серебряном тумане мелькали легкие, как будто тени, девушки, в белых, как луг, убранный ландышами, рубашках; золотые ожерелья, монисты, дукаты блистали на их шеях; но они были бледны; тело их было как будто сваяно из прозрачных облак и будто светилось насквозь при серебряном месяце.
Николай Гоголь, отрывок из повести «Майская ночь, или Утопленница»

К повести «Вий», которая вошла в сборник «Миргород» Гоголь оставил комментарий: «Вся эта повесть есть народное предание. Я не хотел ни в чем изменить его и рассказываю почти в такой же простоте, как слышал». Вия — фольклорного персонажа, которого считали предводителем гномов и духом преисподней, — Гоголь описал так:

...Ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. …Длинные веки опущены были до самой земли. С ужасом заметил Хома, что лицо было на нем железное.

— Подымите мне веки: не вижу! — сказал подземным голосом Вий — и все сонмище кинулось подымать ему веки.

Иван Тургенев. «Бежин луг»

Известность пришла к Ивану Тургеневу в конце 1840-х годов, когда в журнале «Современник» стали выходить рассказы из цикла «Записки охотника». Михаил Салтыков-Щедрин считал, что они «положили начало целой литературе, имеющей своим объектом народ и его нужды». Тургенев с таким состраданием описал в «Записках охотника» тяжелую жизнь крестьян, что цензора Владимира Львова, который пропустил рассказы к печати единым изданием, уволили без права пенсии по личному распоряжению Николая Первого.

В произведении «Бежин луг», которое входило в цикл, Тургенев собрал целую коллекцию быличек и бывальщин. Их по сюжету пересказывают у ночного костра мальчишки-пастухи. В рассказ вошли страшные истории про водяных и русалок, домового и призрак умершего барина.

Там не раз, говорят, старого барина видали — покойного барина. <…> Его раз дедушка Трофимыч повстречал: «Что, мол, батюшка, Иван Иваныч, изволишь искать на земле?»
— Он его спросил? — перебил изумленный Федя.
— Да, спросил.
— Ну, молодец же после этого Трофимыч... Ну, и что ж тот?
— Разрыв-травы, говорит, ищу. — Да так глухо говорит, глухо: — Разрыв-травы. — А на что тебе, батюшка Иван Иваныч, разрыв-травы? — Давит, говорит, могила давит, Трофимыч: вон хочется, вон...

Одному из юных пастухов привиделся леший — звал его из реки голосом утонувшего приятеля. Конечно, мальчики посчитали такое видение дурной приметой. И как оказалось, не зря: по сюжету, герой погиб в том же году.

Автор: Екатерина Гудкова

Картина дня

))}
Loading...
наверх