Каким был человек, воспитавший гения русской литературы: Сергей Львович Пушкин

Биографии Сергея Львовича Пушкина было уготовано навеки оказаться загнанной в четыре слова: «отец Александра Сергеевича Пушкина». Ему самому, вероятно, такое лаконичное подытоживание жизненного пути показалось бы обидным и несправедливым. Нет, в своих собственных глазах Пушкин-отец был фигурой, вполне достойной отдельного упоминания в книгах – в том числе и как автор многочисленных стихотворений.



О предках Пушкиных


Старшим он считался по отношению к своим знаменитым отпрыскам, в первую очередь Александру, а вообще Сергей Львович был представителем древнего и славного рода Пушкиных, чья история восходила не то к тринадцатому веку и правлению Александра Невского, не то даже к более раннему периоду русской истории.

Фамилию роду дал в XIV веке Григорий Пушка, участвовавший в битве с татарами и освоивший первую на Руси пушку – благодаря чему и получил свое прозвище. Род Пушкиных всегда был близок к правителям.

В городе Пушкино установлен памятник Григорию Пушке

В городе Пушкино установлен памятник Григорию Пушке



В стихотворении «Моя родословная» Александр Пушкин писал так:
Мой предок Рача мышцей бранной
Святому Невскому служил;
Его потомство гнев венчанный,
Иван IV пощадил.
Водились Пушкины с царями;
Из них был славен не один,
Когда тягался с поляками
Нижегородский мещанин.


Из записок поэта известно, что дед его, отец Сергея Львовича, имел весьма горячий и даже жестокий нрав, якобы первая его жена умерла «на соломе», заключенная мужем в домашнюю тюрьму. Сведения эти исторически не подтверждаются, что, правда, не отменяет того факта, что характер у Льва Александровича был и впрямь лихой. Ходила легенда, что во время екатерининского переворота в 1762 году он отказался предать императора Петра III, за что был посажен Екатериной в крепость, а после – сослан в Москву.

Мой дед, когда мятеж поднялся
Средь петергофского двора,
Как Миних, верен оставался
Паденью третьего Петра.
Попали в честь тогда Орловы,
А дед мой в крепость, в карантин,
И присмирел наш род суровый,
И я родился мещанин.


Родословная Пушкиных

Родословная Пушкиных



В заключение Лев Александрович Пушкин и впрямь попал, но не за лояльность императору, а за жестокое обращение с крепостными. Матерью Сергея Львовича была Ольга Васильевна Чичерина, вторая жена отца. Как воспитывал детей Лев Александрович, можно судить по его репутации помещика и собственника крепостных; примечательно то, что Сергей, став в свою очередь отцом, никогда не поднимал руки на детей и вообще слыл человеком мягким, не лишенным, впрочем, других недостатков.

Образование, карьера и дети Сергея Львовича



Сергей Львович Пушкин

Сергей Львович Пушкин



Образование Пушкиным было дано хорошее, Сергей и его брат Василий получили светское воспитание, прекрасно владели французским, готовились к военной карьере. С пяти лет Сергей Львович был зачислен в гвардию, постепенно «продвигался» вверх в соответствии с традициями того времени - заочно, а затем и личным участием и, наконец, дослужился до майора, после чего ушел со службы.

Надежда Осиповна Ганнибал

Надежда Осиповна Ганнибал



В те годы Сергей налаживал семейный быт: в 1796 году он женился на Надежде Осиповне Ганнибал, своей дальней родственнице. За невестой давали село Михайловское в Псковской губернии, жених располагал селами Болдино и Кистенево в Нижегородской – брак выглядел достойным и взаимовыгодным, тем более что Пушкин слыл человеком образованным и отлично владеющим приемами великосветского общения. Он наизусть читал Мольера, да и вообще любил французскую поэзию и драматургию, с удовольствием декламировал стихи и участвовал в домашних спектаклях, был душой вечеров и праздников, организатором шарад и других салонных игр.

Усадьба в Болдино - одном из сёл Пушкина

Усадьба в Болдино - одном из сёл Пушкина



Первенцем Пушкиных стала Ольга, родившаяся в 1797 году, следующим на свет появился Александр. Кроме них двоих только один ребенок Сергея Львовича и Надежды Осиповны дожил до взрослого возраста – Лев, ставший верным другом и опорой поэта. Благодаря своей феноменальной памяти он мог запоминать целиком произведения брата Александра, и возможно, запиши он их на бумагу, наследие Пушкина увеличилось бы на значительное количество стихов и баллад, но, увы, многие, неопубликованные ушли в небытие вместе с братом Львом.

Лев Пушкин. Рисунок А.О. Орловского

Лев Пушкин. Рисунок А.О. Орловского



Брат Николай, младше Александра на два года, прожил всего шесть лет; младенцами умирали родившиеся вслед за Львом Софья, Павел, Михаил и Платон. Всего у Пушкиных было восемь детей. Надежда Осиповна, так уж случилось, несколько раз хоронила детей, будучи в положении – в тот же период ее старший сын Александр готовился к поступлению в Лицей. С матерью у поэта всю жизнь будут прохладные отношения, впрочем, и с отцом он не был особенно близок, во всяком случае до своих тридцати лет.

После успеха Александра Пушкина на экзамене в Лицее Сергей Львович стал проявлять к общению с сыном больший интерес

После успеха Александра Пушкина на экзамене в Лицее Сергей Львович стал проявлять к общению с сыном больший интерес



Помещик, отставной военный, душа компании и повеса


Сергей Львович Пушкин, несмотря на то, что содержал многочисленную челядь, имел привычку жаловаться на недостаток денег и был довольно скуп, в том числе и в вопросах содержания сына. Во время южной ссылки Александра тому приходилось всеми правдами и неправдами убеждать отца прислать хоть сколько-то денег на расходы: добывать деньги пером Пушкин-сын не имел возможности.
Сам же отец еще вернулся на службу, несколько лет состоял в Комиссариатском департаменте, ведомстве, которое занималось армейским довольствием. Окончательно Сергей Львович вышел в отставку в 1817 году в чине статского советника, довольно высокого, если учитывать, что никаких особенных талантов на госслужбе он не проявил.

Н. Ге. Пушкин в селе Михайловском

Н. Ге. Пушкин в селе Михайловском



После возвращения Александра и помещения его под надзор в родительском селе Михайловское именно Сергей Львович поставлял сведения о нем жандармам – выполняя таким образом поручение сообщать о встречах и времяпрепровождении сына. Это стало причиной серьезного конфликта, и лишь благодаря посредничеству Дельвига в 1828 году состоялось примирение.

Сергей Львович отличался одновременно вспыльчивым и сентиментальным нравом, он любил собак и был очень привязан к псу Руслану, которого просил изобразить на портрете

Сергей Львович отличался одновременно вспыльчивым и сентиментальным нравом, он любил собак и был очень привязан к псу Руслану, которого просил изобразить на портрете



Смерть поэта Сергей Львович переживал тяжело. В произошедшем винил Наталью Николаевну. Он даже затеял тяжбу и вернул себе село Михайловское, чему вдова не сопротивлялась. Там он и проводил время, временами наезжая пожить к родственникам в Москву или в Петербург. Последние годы Сергея Львовича Пушкина были отмечены одиночеством: жена умерла еще раньше Александра, дочь Ольга уехала за мужем в Варшаву, сын Лев служил на Кавказе. Пушкину-старшему оставалась его давняя и неискоренимая страсть – молодые женщины.

Ольга Сергеевна Пушкина (в замужестве - Павлищева)

Ольга Сергеевна Пушкина (в замужестве - Павлищева)



Волочиться за девушками Сергей Львович умудрялся вплоть до самой своей смерти в 1848 году. За несколько дней до кончины он, как говорят, успел сделать предложение дочери Анны Керн – той самой, что была адресатом стихотворений Пушкина-младшего. Вообще любовь к молодым девицам сделалась на закате жизни Сергея Львовича его главной, пожалуй, характеристикой. Внешне он мало соответствовал имиджу Казановы: небольшого роста, «толст, глух, беззуб», но, тем не менее, самозабвенно предавался очередному платоническому увлечению, писал стихи, в чем считал себя ничуть не хуже Александра. 

Источник ➝

Страшные истории в русской литературе

Рассказы о встречах человека с нечистой силой — один из самых древних и живучих фольклорных жанров. В народе такие истории именовались былинками, а ученые делили их на былички и бывальщины. В быличках герои рассказывали о личных «приключениях», а бывальщины передавали те, кто при событиях не присутствовал. Писатели XIX века часто вплетали в сюжеты своих произведений старинные «страшилки». Предания о русалках и мертвых женихах, встречах с лешим и чертом — вспоминаем, кто из отечественных классиков особенно любил этот фольклорный жанр.

Василий Жуковский. «Светлана»

Василий Жуковский нередко выбирал для своих произведений исторические и фольклорные темы. Это роднило его литературные баллады с балладами народными — жанром, близким исторической песне. Одно из своих самых известных произведений в этом жанре, «Людмила», Жуковский написал на основе немецкого текста. Это была «Ленора» — «Подражание Биргеровой Леоноре» — немецкого поэта Готфрида Августа Бюргера. А он, в свою очередь, опирался на популярный фольклорный сюжет о том, как погибший жених забрал в могилу невесту. Вторая известная баллада Жуковского, «Светлана», имела выраженный русский колорит:

Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали:
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали;
Снег пололи; под окном
Слушали; кормили
Счетным курицу зерном;
Ярый воск топили…
<…>
Подпершися локотком,
Чуть Светлана дышит...
Вот... легохонько замком
Кто-то стукнул, слышит;
Робко в зеркало глядит:
За ее плечами
Кто-то, чудилось, блестит
Яркими глазами...

Во время крещенского гадания главной героине явился жених, «бледен и унылый», который увез девушку якобы на венчание. А на самом деле тоже оказался мертвецом. Однако, в отличие от Леноры и Людмилы, Светлана осталась жива: страшная история оказалась ночным кошмаром.

Орест Сомов. «Киевские ведьмы»

Орест Сомов включал в свои тексты былички и бывальщины в их исконном виде. С помощью деталей русского и украинского фольклора писатель старался отразить подлинные картины народной жизни. Его повесть «Русалка» вышла с подзаголовком «Малороссийское предание», а «Кикимора» — как «Рассказ русского крестьянина на большой дороге». В сказке «Оборотень» автор «вывел напоказ небывалого русского оборотня» — простодушного сына колдуна, который по примеру отца обратился в волка, не ведая, что с этим делать и как стать снова человеком.

Герой повести «Киевские ведьмы» — казак Федор Блискавка — женился на красавице Катрусе, которая оказалась колдуньей. Блискавка проследил за женой и стал свидетелем шабаша на Лысой горе:

Невдалеке от себя увидел он и тещу свою, Ланцюжиху, с одним заднепровским пасечником, о котором всегда шла недобрая молва, и старую Одарку Швойду, торговавшую бубликами на Подольском базаре, с девяностолетним крамарем Артюхом Холозием, которого все почитали чуть не за святого: так этот окаянный ханжа умел прикидываться набожным и смиренником. <…> И мало ли кого там видел Федор Блискавка из своих знакомых, даже таких людей, о которых прежде бы никак не поверил, что они служат нечистому, хоть бы отец родной уверял его в том под присягой. Вся эта шайка пожилых ведьм и колдунов пускалась в плясовую так задорно, что пыль вилась столбом и что самым завзятым казакам и самым лихим молодицам было бы на зависть.

Вся история наполнена магическими деталями: Сомов описал страшные ингредиенты для «летательной» мази, которой молодая жена натиралась перед шабашем, дикую музыку на Лысой горе, гибель главного героя и казнь самой Катруси — ведьмы не пощадили ее за то, что она раскрыла тайну своему мужу.

Александр Бестужев-Марлинский. «Страшное гадание»

Александр Бестужев-Марлинский был известным беллетристом XIX века. Иван Тургенев писал в 1869 году: «Пушкин был еще жив, но правду говоря, не на Пушкине сосредотачивалось внимание тогдашней публики. Марлинский все еще слыл любимейшим писателем». Бестужев-Марлинский не стремился к правдивому описанию народной жизни, зато его повести и романы отличались закрученными сюжетами и эффектными подробностями. Герой рассказа «Страшное гадание», офицер, отправился в метель на званый вечер. Он заблудился и попал в деревню на святочные посиделки.

— Мы будем гадать страшным гаданьем, — сказал мне на ухо парень, — закляв нечистого на воловьей коже. Меня уж раз носил он на ней по воздуху, и что видел я там, что слышал, — примолвил он, бледнея, — того... Да ты сам, барин, попытаешь все.

Я вспомнил, что в примечаниях к «Красавице озера» («Lady of the lake») Вальтер Скотт приводит письмо одного шотландского офицера, который гадал точно таким образом, и говорит с ужасом, что человеческий язык не может выразить тех страхов, которыми он был обуян. Мне любопытно стало узнать, так ли же выполняются у нас обряды этого гаданья, остатка язычества на разных концах Европы.

Во время страшного ритуала главному герою явился незнакомец — то ли человек, то ли нечистая сила. События развивались стремительно: поступки, на которые у героев раньше не хватало мужества, убийства, преследование и снова роковая встреча. Как и во многих традиционных «страшилках», в конце герой понял, что все это было просто страшным сном.

Николай Гоголь. «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Вий»

Николай Гоголь был настоящим знатоком страшных историй. Его первая большая книга «Вечера на хуторе близ Диканьки» поразила современников. Пушкин писал о ней: «Вот настоящая веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности». Из восьми повестей сборника семь представляют собой по форме бывальщины, которые пересказывает пасечник Рудый Панько. Перед читателями оживают русалки, колдуны и черти, описанные не со страхом и трепетом — что было бы обычно для фольклора, — но с юмором, а иногда и поэтически возвышенно.

Левко посмотрел на берег: в тонком серебряном тумане мелькали легкие, как будто тени, девушки, в белых, как луг, убранный ландышами, рубашках; золотые ожерелья, монисты, дукаты блистали на их шеях; но они были бледны; тело их было как будто сваяно из прозрачных облак и будто светилось насквозь при серебряном месяце.
Николай Гоголь, отрывок из повести «Майская ночь, или Утопленница»

К повести «Вий», которая вошла в сборник «Миргород» Гоголь оставил комментарий: «Вся эта повесть есть народное предание. Я не хотел ни в чем изменить его и рассказываю почти в такой же простоте, как слышал». Вия — фольклорного персонажа, которого считали предводителем гномов и духом преисподней, — Гоголь описал так:

...Ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. …Длинные веки опущены были до самой земли. С ужасом заметил Хома, что лицо было на нем железное.

— Подымите мне веки: не вижу! — сказал подземным голосом Вий — и все сонмище кинулось подымать ему веки.

Иван Тургенев. «Бежин луг»

Известность пришла к Ивану Тургеневу в конце 1840-х годов, когда в журнале «Современник» стали выходить рассказы из цикла «Записки охотника». Михаил Салтыков-Щедрин считал, что они «положили начало целой литературе, имеющей своим объектом народ и его нужды». Тургенев с таким состраданием описал в «Записках охотника» тяжелую жизнь крестьян, что цензора Владимира Львова, который пропустил рассказы к печати единым изданием, уволили без права пенсии по личному распоряжению Николая Первого.

В произведении «Бежин луг», которое входило в цикл, Тургенев собрал целую коллекцию быличек и бывальщин. Их по сюжету пересказывают у ночного костра мальчишки-пастухи. В рассказ вошли страшные истории про водяных и русалок, домового и призрак умершего барина.

Там не раз, говорят, старого барина видали — покойного барина. <…> Его раз дедушка Трофимыч повстречал: «Что, мол, батюшка, Иван Иваныч, изволишь искать на земле?»
— Он его спросил? — перебил изумленный Федя.
— Да, спросил.
— Ну, молодец же после этого Трофимыч... Ну, и что ж тот?
— Разрыв-травы, говорит, ищу. — Да так глухо говорит, глухо: — Разрыв-травы. — А на что тебе, батюшка Иван Иваныч, разрыв-травы? — Давит, говорит, могила давит, Трофимыч: вон хочется, вон...

Одному из юных пастухов привиделся леший — звал его из реки голосом утонувшего приятеля. Конечно, мальчики посчитали такое видение дурной приметой. И как оказалось, не зря: по сюжету, герой погиб в том же году.

Автор: Екатерина Гудкова

Картина дня

))}
Loading...
наверх